адрес 111033, г. Москва, улица Золоторожский Вал, дом 32, строение 2, подъезд 1, офис 107, БЦ AU-ROOM
  График работы: пн-пт с 10 до 18
basket
Глобальные противоречия, ч.5
Дата дек 15, 2022

Глобальные противоречия, ч.5

5. Специфика нынешнего периода глобальной геополитической турбулентности

Описанная логика смены циклов накопления имеет общий характер, однако в настоящее время она требует серьезных уточнений из-за масштабности происходящих геополитических сдвигов. Рассмотрим эти аспекты подробнее.

Для начала напомним историческую хронологию циклов накопления по Арриги: 1560–1740 – Первый, венециано-генуэзский (продолжительность 180 лет); 1740–1870 – Второй, голландский (130 лет); 1870–1970 – Третий, британский (100 лет); 1970–н/в – Четвертый, американский (≈80–85 лет) (Арриги, 2006, с. 42–49). Такая закономерность позволила Арриги утверждать, что длительность цикла накопления со временем сокращается, а эпоха заката могущества США уже началась и сейчас страна находится в стадии терминального кризиса. Согласно хронологии Арриги Четвертый цикл накопления должен закончиться примерно в 2055 г., до которого осталась чуть больше 20 лет, в течение которых и должен оформиться новый МЦК. Однако пока этот центр так и не определен, в связи с чем возможно нарушение установившегося ритма смены циклов (рис. 1). Это связано со следующими особенностями нынешней глобальной геополитической турбулентности.

Первая особенность Пятого цикла накопления состоит в его формировании в фазе угасания капиталистических эффектов, в том числе угасания экономического роста. Для лучшего понимания этого ограничения можно обратиться к рис. 2, на котором показаны истоки возникновения мирового капитализма и его фундаментальные признаки, без которых трудно себе представить его дальнейшее существование. Одним из этих признаков ыступает феномен экономического роста, однако уже более десятилетия идут дискуссии о его завершении в силу достижения своего физического предела. Так, Ричард Хейнберг (Richard Heinberg) доказывает, что на пути дальнейшего экономического роста стоит три непреодолимых препятствия: истощение ключевых природных ресурсов (нефть, металлы, вода, тяжелые элементы и пр.); ухудшение экологической обстановки (загрязнение мирового океана, ухудшение воздуха в городах, изменение климата и т.п.); перенакопление государственной и негосударственной задолженности (невозможность возврата накопленных долгов без экономической катастрофы для всего мира) (Heinberg, 2011). Мировая статистика говорит если и не о полной остановке роста, то о замедлении его темпов практически во всех странах мира. Это означает, что будущий Пятый МЦК не сможет «влететь» в МГПП на волне всеобщего роста, что неизбежно означает и замедление этапа его кристаллизации. Скорее всего, нарушение глобального режима роста «растянет» Четвертый цикл накопления и отодвинет приход нового государства-лидера. Свидетельством этому служит «топтание на месте» претендентов на новый МЦК – США, Китая, России и, может быть, Ирана.

Вторая особенность тесно связана с первой и состоит в замедлении технологического прогресса. Темпы роста производительности труда, равно как и темпы экономического роста, во всех странах в последние десятилетия снижаются и нет никаких гарантий, что эта тенденция сменится новым технологическим взрывом. Как утверждает Клаус Шваб (Klaus Schwab), в США, за последние 70 лет темпы роста производительности труда сократились более чем в 2 раза (Шваб, 2018, с.46). При этом лишь 0,5% трудовых ресурсов США заняты в отраслях, не существовавших в начале XX века; менее 8% новых рабочих мест было создано в 80-х годах прошлого века и лишь 4,5% новых рабочих мест – в 90-е годы (Шваб, 2018, с.51).  Таким образом, нынешний технологический прогресс ведет к медленному росту производительности труда и почти не стимулирует создания нового предложения на труд. Это тормозит эффект производственной экспансии, на который должен опираться новый МЦК.

Третья особенность состоит в окончательном разрушении в 2022 г. «священного» права собственности, на котором базировался капиталистический строй. Арест Западом золотовалютных резервов суверенного государства – России, арест зарубежных счетов и объектов недвижимости многих граждан и компаний России и Белоруссии (олигархов, чиновников и пр.), правовая защита лиц, незаконно занимающих частное жилье в отсутствие их хозяев, принудительный вывод бизнеса своих граждан из России, невмешательство полиции в бесчинства мародеров в США предвыборного периода президентской гонки 2020 г. и т.д. – все это говорит о крахе института частной собственности. В этих условиях запуск Пятого цикла накопления капитала может потребовать принципиальной перестройки мировой капиталистической системы даже при ее сохранении. Эта особенность накладывает пока не вполне понятные институциональные ограничения на Пятый МЦК.

Четвертая особенность Пятого цикла накопления сопряжена с эффектом глобализации. С одной стороны, завершенность этого процесса предопределила гигантский масштаб всех геополитических рокировок, с другой – СВО на Украине окончательно закрепила тренд на деглобализацию. Это опять-таки будет сильно мешать новому МЦК распространять свое экономическое влияние и увеличивать свою относительную мощь.

Все перечисленные особенности создают не просто помехи нормальной смене МЦК, но и ставят вопрос о том, при каком строе произойдет эта смена. Учитывая, что наиболее реальный претендент на Пятый МЦК – Китай – в настоящий момент является государством с коммунистической партией во главе, а другой потенциальный претендент – Россия – имеет опыт (хотя и негативный) построения коммунистического режима, можно говорить об открытости вопроса о замене традиционного капиталистического строя в ходе геополитической инверсии.

Сюда же примыкает и другой вопрос – о новой модели управления миром. Говоря об этом еще в 1947 г., А. Тойнби проницательно заметил: «Спасение, вероятно, лежит – как это чаще всего и бывает – в поисках среднего пути. В политике эта золотая середина не будет означать ни неограниченного суверенитета отдельных государств, ни полнейшего деспотизма центрального мирового правительства; в экономике это также будет нечто, отличное от неконтролируемой частной инициативы или, напротив, явного социализма» (Тойнби, 2011, с. 35). Но если деспотия правления миром со стороны США в предыдущие 30 лет будет ослаблена новым МЦК, то можно ли говорить о сохранении концентрической модели накопления капитала? Или в том или ином виде возобладает пресловутая многополярность?

Эти вопросы пока остаются открытыми.

Нельзя не подчеркнуть и тот факт, что наметившееся перемещение нынешнего МЦК заведомо предполагает торможение формирования нового цикла накопления. Так, если раньше все рокировки МЦК происходили внутри Запада и Западной цивилизации, то новый центр уже совершенно точно будет вне Запада – Россия или Китай, неважно. Это усложняет и удлиняет период геополитической турбулентности. Усугубляет положение дел и происходящая рокировка стран Центра и Периферии. Так, страны Европы, традиционно составлявшие ядро мировой экономики и центр нашей Цивилизации, медленно, но верно превращаются в ее периферию, тогда как страны Азии осуществляют прямо противоположный дрейф (Волконский, 2021).

Все сказанное вносит значительный элемент неопределенности в процесс происходящей геополитической инверсии.

6. Россия как центр сборки новой системы мирового порядка

К 2022 г. Россия невольно оказалась в эпицентре начавшихся геополитических сдвигов. Она имеет такие экономические и геополитические параметры, которые делают ее потенциальным новым МЦК. Ее возможности освоения собственной территории почти безграничны, что позволяет «запустить» эффект масштаба и за счет этого добиться высокой эффективности любых мегапроектов. Не менее солидным потенциалом она обладает и в отношении принятия иммигрантов, что было всегда для нее характерно.

Назревающий ресурсный мировой кризис привел к перестановке базовых экономических ценностей: стала очевидна первичность природных ресурсов и вторичность – технологий. А именно природными ресурсами Россия богата как никакая другая страна. Еще Арриги подметил чередование экстенсивного и интенсивного типов развития мировой системы при формировании циклов накопления капитала. Так, при генуэзском и британском режимах накопления капитала осуществлялась экспансия мировой экономики, а при голландском и американском – ее географическая консолидация (Арриги, 2006, с. 41). Следовательно, следующий цикл должен снова стать экстенсивным, а это способна осуществить сегодня только Россия – ни Китай, ни США, ни Бразилия не обладают таким потенциалом.

Более того, в свое время Джаред Даймонд (Jared Diamond) обосновал приоритет Евразии в рождении современной человеческой цивилизации ее удачной геометрической формой по сравнению с остальными континентами: она вытянута с востока на запад, а не с юга на север, как Америка и Африка (Даймонд, 2010).  По его мнению, это стало причиной распространения всех ее продуктовых инноваций по горизонтали, то есть гораздо быстрее и легче, чем по вертикали в других регионах, где приходилось преодолевать естественные перепады в климате. Как ни парадоксально, сегодня Россия по-прежнему обладает этим преимуществом по сравнению с Америкой и даже с Китаем, только в ее пользу теперь работает потепление климата, наличие современных технологий и прочие факторы.

Надо сказать, что даже для распространения технологических инноваций отмеченный «горизонтальный эффект» для России предоставляет огромные возможности в условиях перенакопления мирового капитала и его готовности ринуться в освоение выгодных сфер экономики (на рис. 1 данное преимущество России подчеркивается ее эллиптической формой в отличие от окружностей других стран). Все это дает России колоссальные объективные козыри для розыгрыша своей геополитической партии. Однако субъективные обстоятельства на протяжении 31 года были категорически против нее: отсутствие политического суверенитета и дееспособной властной элиты, постепенное угасание трудовой и творческой активности масс, утечка мозгов и т.п. Однако возвышение России будет означать автоматический упадок США, что американский истеблишмент не может допустить. Именно поэтому Соединенные Штаты разыгрывают свою геополитическую партию путем ведения против России Четвертой (гибридной) мировой войны.

Еще раз вернемся к вопросу о том, что в России к 2022 г. окончательно назрело главное противоречие развития страны предыдущего периода, которое накапливалось во время правления Б.Н. Ельцина, Д.А. Медведева и В.В. Путина: граждане России постепенно жили все лучше и лучше, а страна катилась в пропасть. Иными словами, однобокость развития за счет ресурсного сектора экономики, позволяющая «размазать» доходы от природной ренты по населению, стала очевидна и нестерпима. Это противоречие сыграло свою роль в расколе общества на момент начала СВО: значительная часть россиян желала продолжить прежнюю жизнь, другая – не желала. Сама же СВО на Украине, не только обнажившая экономические проблемы России, но и консолидировавшая другие страны в гибридной войне против США, стала ключевым событием истории и с него начинается старт глобального геополитического противостояния Запад/Не-Запад. 

7. Заключение

Выше была дана элементарная реконструкция послевоенных событий, которые раскрывают логику нынешней геополитической турбулентности. Проведенный анализ позволяет понять, почему современная Россия находится в крайне противоречивом состоянии – имея колоссальный экономический потенциал, она даже после 31 года после распада СССР по-прежнему не имеет важнейших отраслей экономики. Одновременно с этим она имеет уникальное геополитическое положение, что выводит ее в ряды наиболее вероятных претендентов на роль МЦК Пятого цикла накопления. Сами по себе эти два факта образуют мощное противоречие как внутри РФ, так и за ее пределами – в глазах политических конкурентов, что и ведет к социальному напряжению в мирохозяйственной системе. Острота указанных противоречий привела к тому, что именно Россия выступила в роли первичного детонатора геополитических сдвигов.

Для реконструкции событий, предшествовавших СВО 2022 года, привлекались смежные научные понятия: экономические – ошибка Траута, неоколониализм; кибернетические – законы Эшби и Седова; управленческие – внешнее управление, гибридная война; синергетические – синергетический эффект, сложность системы, порядок, хаос; политологические – безопасность и свобода, структура власти; политэкономические – цикл накопления капитала, мировой центр капитала, норма прибыли; институциональные – перекладывание физических рисков в социальные; географические – горизонтальная диффузия инноваций; психологические – война смыслов, война нервов. Это позволило собрать воедино многие плохо совместимые явления и раскрыть логику процесса геополитической конкуренции, имевшей место последние 50–60 лет.

Итогом проведенного анализа можно считать вывод, согласно которому Россия, оказавшись в эпицентре геополитической турбулентности, не может уклониться от прямого столкновения с коллективным Западом. Отныне на протяжении последующих 15–20 лет ей предстоит пройти все тяготы Четвертой (гибридной) мировой войны. Вопрос о возможном исходе этой войны выходит за рамки данной статьи.

  Литература

 Арно Д. (2009). Навуходоносор II, царь Вавилонский. М.: Молодая гвардия. 242 с.

Арриги Дж. (2006). Долгий двадцатый век: Деньги, власть и истоки нашего времени. М.: Издательский дом «Территория будущего». 472 с.

Арриги Дж. (2009а). Послесловие ко второму изданию «Долгого двадцатого века»// «Прогнозис», №1(17). С.34–50.

Арриги Дж. (2009б). Адам Смит в Пекине: Что получил в наследство XXI век. М.: Институт общественного проектирования. 456 с.

Балацкий Е.В. (2011). Концепция текучей реальности З. Баумана и ее приложения// «Общественные науки и современность», №3. С.134–146.

Балацкий Е.В. (2019). Измерения власти по С.Льюксу// «Мир России», Т.28, №2. С.172–187.

Балацкий Е.В. (2013). Концепция сложности и экономическая теория демократии// «Общество и экономика», №5. С.5–24.

Балацкий Е.В., Екимова Н.А. (2020). «Особый сектор» экономики как драйвер экономического роста // «JournalofNewEconomy», Т. 21, № 3. С. 5–27.

Волконский В.А. (2021). Смысловые установки и роль государства в эпоху многополярного мира. М.: Книжный мир. 384 с.

Гусев А.Б., Юревич М.А., Екимова Н.А., Адвокатова А.С. (2022). Постсоветское пространство 30 лет спустя: самостоятельность vs синергия // «Terra Economicus». Т. 20, №2. С. 21–39.

Даймонд Дж. (2010). Ружья, микробы и сталь. История человеческих сообществ. М.: АСТ. 604 с.

Девятов А.П. (2020а). Небополитика. Для тех, кто принимает решения. М.: ИП Соколова А.А. 280 с.

Девятов А.П. (2020б). Разведка будущего как искусство образов и подобий. М.: ИП Соколова А.А. 276 с.

Дзоло Д. (2010). Демократия и сложность: реалистический подход. М.: Изд. дом ГУ-ВШЭ. 313 с.

Ильин В.А., Морев М.В. (2022). Рубикон пройден: 24 февраля 2022 г. наступил новый этап развития России в XXI веке// Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. Т. 15. № 2. С. 9–30. DOI: 10.15838/esc.2022.2.80.1

Комлева Н.А. (2017). Гибридная война: сущность и специфика// «Известия Уральского федерального университета. Серия 3: Общественные науки, №3(167). С. 128–137.

Льюкс С. (2010). Власть: Радикальный взгляд. М.: Изд. дом Гос. Ун-та – Высшей школы экономики. 240 с.

Норт Д. (2010). Понимание процесса экономических изменений. М.: Изд. дом ГУ-ВШЭ. 256 c.

Тойнби А.Дж. (2011). Цивилизация перед судом истории. Мир и Запад. М.: АСТ: Астрель, 318 с.

Траут Дж. (2009). Большие бренды – большие проблемы. СПб.: Питер. 256 с.

Хантингтон С. (2021). Столкновение цивилизаций. М.: АСТ. 640 с.

Шваб К. (2018). Четвертая промышленная революция. М.: Издательство «Э». 208 с.

Шебаршин Л.В. (2017). Рука Москвы. Записки начальника внешней разведки. М.: Алгоритм. 336 с.

Эшби У. Росс (2021). Введение в кибернетику. М.: Ленанд. 432 с.

Balatsky E.V. (2014). Prerequisites for global geopolitical inversion// Economic and social changes: facts, trends, forecast, №2(32). P. 28–42.

Balatsky E.V. (2021). Return on equity as an economic growth driver// «Economic and Social Changes: Facts, Trends, Forecast», vol. 14, no. 1, pp. 26–40.

Heinberg R. (2011). The End of Growth: Adapting to Our New Economic Reality. Cabriola Island, B.C.: New Society Publishers. 321 p.

Официальная ссылка на статью:  Балацкий Е.В. Россия в эпицентре геополитической турбулентности: накопление глобальных противоречий// «Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз», 2022, Т. 15. № 4. С. 42–59.

 

Хотите, перезвоним Вам
в удобное время?
обратный
звонок